За интеллектуальную честность. За историзм

и так – понемногу – за жизнь. Ответ Евгению Ихлову

 

«Wenn ich die geistige Situation der Zeit suche,

so will ich ein Mensch sein /…/»

Karl Jaspers, «Diе geistige Situation der Zeit»,

Berlin, New York, 1979[1]

 

«Интеллектуальная честность» как принцип научного познания религии

М. Вебер

 

Историзм — научный метод, принцип рассмотрения мира, природных и социально-культурных явлений в динамике их изменения, становления во времени, в закономерном историческом развитии, предполагающий анализ объектов исследования в связи с конкретно-историческими условиями их существования.

Википедия

 

В приведенных развернутых определениях феноменов, за которые выступил Евгений Ихлов в ответе вашей покорной слуге, я выделила слова, определяющие научность их. Не стану сейчас потешаться над «научностью» принципа познания религии, просто придерусь к научности как таковой…

 

Сперва была теория…

 

В свое время на страницах «Сноба» между А. Невзоровым и Н. Усковым разгорелся спор о том, является ли история наукой. Первый из спорщиков совершенно справедливо доказывал, что наукой история быть не может уже потому, что не располагает «коэффициентами», «постоянными» и прочими атрибутами поверки утверждаемого. На что «историк» Н. Усков, не менее справедливо возражал, что история – наука, причем, наука древняя и стоит в одном ряду с философией. Спорщики, изрядно потрепав велеречивости друг друга, прекратили прения уже после второй статьи с каждой стороны. А жаль: спорить могли бы до сих пор, как обычно спорят люди «русские», т. е. о предмете необусловленном, в пределах необозначенных, природы неизвестной. Определи диспутанты изначально предмет спора, никакого диспута не возникло бы вообще. По причине отсутствия точек соприкосновения. А там, где нет точек соприкосновения, не возникает и трение и, как следствие, не высвобождается энергия в виде тепла дискуссии.

А. Невзоров говорил о российской «истории», забыв (или провокативно оставив без внимания) эпитет, а Н. Усков возражал, как принято у «русских интеллигентов», «страдающих душой» за весь мир – о истории вообще. Вещи, как я сейчас буду доказывать, никоим образом друг с дружкой не связанные, друг на дружку не влияющие, живущие даже в параллельных мирах. Статья Ю. Пивоварова и А. Фурсова к тому времени была уже опубликована, более того, опубликована была и мудрая статья Ю. Афанасьева, расставившая раз и навсегда все точки над историческими и либеральными «i» России. Говорить, а тем более спорить, о «научности» истории России после публикации двух названных работ, то же самое, что продолжать поиски философского камня после открытия Д. Менделеевым Периодической Системы Элементов, или искать «край Земли», после кругосветного плавания Магеллана. Таблица Менделеева окончательно поставила крест на всех мечтаниях затаившихся алхимиков, генетика вышвырнула на свалку академика Т. Лысенко, и только «историки» российские упорно продолжают жечь петушиные перья, раскладывать карты и совершать ритуальные пассы вокруг герметических и эзотерических теорий, вроде «дочерних цивилизаций».

Так что же отличает науку от лженауки? На вопрос этот есть простой и известный каждому ответ: практика. Абсолютного знания нет, мир познаваем в бесконечности, но жить приходится сегодня и здесь, следовательно, любая теория, объясняющая те или иные вопросы окружающего мира, научна до тех пор, пока человек, опираясь на нее, в состоянии не просто улучшать жизнь, но – и это главное! – смотреть уверенно в будущее. Эту уверенность в будущем описывают не только коэффициенты и постоянные, но и системность знания.

И история никакое не исключение. «Русская Система», предложенная Ю. Пивоваровым, позволяет не только «умом Россию понять», т. е. осветить прошлое и ответить на волнующие вопросы настоящего, но и предложить обоснованные гипотезы ее перспектив. Теория же «локальных цивилизаций» при всех ее очевидных достоинствах – остроумии, увлекательной нарративности и драматургии, научностью остается на уровне теологии, нумерологии, френологии и пр. Цель же ее политическая совершенно очевидна: попытка длинными словами латинского происхождения обосновать имперскую матрицу России – чтоб «научно» и непонятно.

 

Как, когда и почему образовались две системы – «Западная» и «Русская», неопровержимо доказано в упомянутых статьях. Приходилось и мне высказываться по этому поводу, хотя и в несколько ином контексте. Возвращаться снова и снова к истокам системообразования не считаю возможным. Бесспорно одно: начиная с XV века Европа, а вместе с ней и весь западный мир, идут своей дорогой, Россия – своей. Дороги эти не пересекаются. Не скрещиваются даже.

Принципиальная разница между Системами – в движущих силах. Западом движет энергия столкновений интересов равноправных субъектов горизонтальной архитектуры Системы. Деятельность государственных органов и гражданского общества направлены на снижение уровня возбуждающей энергии. Результатом этой совместной деятельности является суммарный вектор развития (движения) Системы. Решения, вырабатываемые Системой, оптимальны, т. е. отражают моментальный уровень гражданского консенсуса в данную эпоху, в данной стране, на уровне данного развития общественных отношений.

Россия изначально лишила себя этого механизма. Здесь нет социально-политического опыта горизонтальных отношений субъектов государственного здания. Системой российской движет Власть. Вертикаль Власти – та форма устройства, которая естественным путем возникла здесь на рубеже XV века. Вертикаль позволяет быстро, с минимальными затратами передать волю Власти субъектам конструкции любого уровня. Вертикальная архитектура оперативно проводит силовые решения, быстро реагирует на настроения гражданского общества в разных точках многонациональной Системы, разворачивает меры карательного воздействия. Никаких иных функций, кроме карательных, у Вертикали нет. Если читателю нужна аллегория, то будьте любезны, хоть сто порций:

 

Вертикаль – это те энтомологические булавки, которыми Власть прикалывает национальных «жуков» и «бабочек» к «русской» матрице.

 

Та общность двух Систем, на которой пытаются спекулировать приверженцы «либерального имперства российской интеллигенции», либо чисто внешнего, эмоционального, свойства, либо нисходит корнями в природную, биологическую общность человечества.

Вся история человечества – начиная с Адама или обезьяны – как хотите – суть история колонизации жизненного пространства. По тем или иным причинам, но человечество не нашло, или даже не искало, альтернативы насильственной колонизации. Здесь перед исследователем территории неизученные, дремучие, касающиеся областей социальной психологии, инстинктов социального выживания и т. д., а потому мы не станем в них углубляться. Заметим лишь, что процесс колонизации и его инструментарий, как постоянная исторического развития, может быть вынесен за скобки нашей модели. Очевидно, вопрос не в нем, а в результатах. И здесь следует отметить следующее. Система может экспортировать характеристики и ценности, на которых основана. Запад, в конечном результате экспансии, нес принципы гуманизма, либерализма, демократии и связанных с ними культурными, инновационными, технологическими традициями. В ходе бесконечных войн и трагедий целых народов «Западная Система» развивалась в направлении, традиции которого были заложены еще Грецией и Римом, развиты Ренессансом, Реформацией, Просвещением, т. е. совершенствовала принципы демократии. Результаты мы видим сегодня всюду, куда ступала нога европейского колонизатора. «Русская Система» тоже несла выработанные ею ценности: Власть, безапелляционное, беспрекословное вертикальное подчинение, полное и исключительное презрение к личности вне зависимости от уровня ее во властной Вертикали. Рабами были все. Результатом, кроме нищенской экономики, катастрофического уровня науки и культуры, стали «либералы», «демократы» и «гуманисты», выступающие за единство России любой ценой, не взирая ни на историю создания этого «единства», ни на его природу, ни на современное его состояние. То есть – рабами все и остаются.

 

Частный случай. Пример системного подхода в истории России

 

Системный подход позволяет ответить на все «критические» вопросы истории России. Например, вопрос юбилейный: что случилось с Россией 100 лет назад? Как объяснить гибель «цивилизации» в момент ее «расцвета», «экономического подъема» и прочих чудес, наблюдаемых некоторыми «историками»? Следуя логике «цивилизованных» имперцев, экономический рост погубил Россию. Как сие могло произойти? По каким таким законам? И есть ли аналоги в мировой истории цивилизаций? С жиру ведь только псы и олигархи бесятся. За империями, да еще и «устроенными правильно» такого не водилось. С «цивилизационной» точки зрения, случившееся тогда – в феврале и – главное! – в октябре 17-го, объяснить невозможно. «Умом не понять», или, в современной транскрипции: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». С точки зрения же системной, объяснение просто и логично: никаких революций ни в феврале, ни в октябре 17-го не было. Революция предполагает слом Системы, а ее, любимую, никто трогать не собирался. Хотели, как всегда: убрать одного палача и поставить другого. В результате всей опереточной маечни с броневиками, песнопениями и миллионами неопереточных жертв, Система осталась «Русской», т. е. властной, вертикальной, карательной, человеконенавистнической. Просто к власти в ней пришли те, кто Власть Системы мог достойно проводить в новых социально-экономическо-политических условиях. Царизм, как инструмент реализации Власти себя изжил. И Система нашла ему замену.

Мораль:

Путин – это российское, системное, «как всегда», следовательно, и на смену ему придет такое же «как всегда». А это значит, – тот, кто хочет Россию действительно изменить, должен понять и изменить ее системность.

 

***

Развитие «Европейской Системы» привело к тому, что, самое позже, начиная с эпохи Просвещения, человек в Европе превращается из Homo sapiens в Homo ClioensЧеловека Исторического, т. е. такого, что ощущает себя частью истории, осознает свою роль в Системе, свои возможности влиять на ее развитие. Другими словами, воспринимает историю не как красивую беллетристику, бесконечный костюмированный бал или альковные слюни, но как руководство к действию. А это возможно лишь при научном подходе к истории. Российская история, точно так же, как и мировая, занимается обслуживанием потребностей Системы, но т. к. потребности эти стоят в известном конфликте к провозглашенными общечеловеческими ценностями, то девушке Клио в России пришлось податься на панель.

Круг замкнулся: мы вышли из положения о важности научного понимания истории, и вернулись в историю, как научную базу созидания будущего. Российская историческая «наука», по изложенным выше причинам, осталась вне круга.

 

А потом была имперскость…

 

Свою первую статью я начала сомнением в том, насколько искренны «либералы» и «демократы» российские в своем имперстве, т. е. поддержке Системы. Поэтому и назвала имперскость «латентной», т. е. такой, что незаметно, исподволь разлагает душу носителя вируса. Ответ Евгения Ихлова сомнения моего, к сожалению, не разрешил. Но подарил моей теории «мирозлюбивого раздвоения» души российской блестящую иллюстрацию.

 

«/…/ никакого энтузиазма имперская экспансия царей у интеллигенции не вызывала /…/

Именно чувствуя себя общеимперской кастой, либеральная интеллигенция (и её советский преемник – гуманисты-прогрессисты 50-80-х годов) могла подняться над этническим и стараться быть справедливым ко всем. От этого сочувствие к преследуемым и репрессированным народам и осуждение имперских карательных мер.»

 

Там есть еще про сочувствие «завоеванным горцам»… Осталось про красоту, которая «мир спасет» и «слезинку ребенка» – и триптих российского интеллектуала-имперца, призванный отгонять реальность в образе «мальчиков кровавых в глазах», готов. Приведенная цитата – уровень цинизма, доступный лишь «русской цивилизации». Но это – если судить с точки зрения ценностей «Западной Системы». Это там не принято палачам, родственникам палачей и их знакомым, суесловить о «сочувствии» к жертвам. В «Русской Системе» это в порядке вещей. Я не говорю сейчас о непосредственных участниках боевых действий против ни в чем перед Россией неповинных народов – о Толстом, Лермонтове, Гаршине и пр. «сочувствующе» убивавших, но о том, что на глазах остальной, цивильной, «общеимперской касты» уничтожали целые народы, а она вечерами в уютном свете гостиных вела «либеральные» разговоры, «сочувствовала» и «осуждала имперские карательные» меры, пописывала шовинистические «дневники». Плодами аннексий и территориальных приобретений она не отказывала себе в удовольствии пользоваться, как и жить за счет труда и ресурсов порабощенных народов. Знает ли уважаемый Евгений Ихлов, сколько немецких интеллектуалов «сочувствовали» евреям и цыганам, которых конвейерным методом гнали в газовые камеры? «Осуждали» карательные меры против украинских, белорусских и других мирных жителей? И все это в то время, когда на заводах, где трудилась эта интеллигенция, работали «остарбайтеры», а за хозяйством их родителей в деревне присматривали угнанные украинские девушки. Это сочувствие имеет вполне объяснимые гуманные корни: это сочувствие к существам низшим, в силу своего несостоявшегося культурного развития, не успевших вскочить в поезд, места в котором заняла «цивилизованная» раса. Это где-то даже гордость и любование собственной «жертвенностью», готовностью тратить время и душевные силы на «сочувствие».

Не знаю почему, но мне «фиолетово» «сочувствие» российских имперцев к 8 000 000 заморенных голодом украинцев, в числе которых были и мои родственники. Умирающие с голоду доползали даже до Москвы и умирали там на улицах, а интеллигенция, переступая через трупы и досадуя на задержки, спешила на очередной междусобойчик, «сочувствовать». Во всей много-много миллионной стране нашлась одна – одна! – женщина, которая подняла свой голос в защиту украинцев. И, когда увидела, что сил ее недостаточно, когда поняла, какую страну строит ее муж, пустила себе пулю в лоб…

 

Традиция имперского «сочувствия», как справедливо указывает Евгений Ихлов, сохранилась, не смотря на развитие гуманистических теорий, расширения систем коммуникации и неограниченного цензурой обмена информацией, до сих пор. И это очередное доказательство системности российского «либерализма», как одной из составных частей Власти.

Но я упряма и добросердечна: я все-таки считаю, что имперскость российских «либералов» латентна. Проявление ее – инстинктивно и не зависит от воли носителя. Он, жертва вируса имперскости, хочет как лучше…

 

Ирина Бирна,                                                                                                                            30.10.2017

[1] «Если я ищу духовное состояние времени, я – человек» (нем.), Карл Ясперс, нем. философ

Kommentar verfassen

Trage deine Daten unten ein oder klicke ein Icon um dich einzuloggen:

WordPress.com-Logo

Du kommentierst mit Deinem WordPress.com-Konto. Abmelden / Ändern )

Twitter-Bild

Du kommentierst mit Deinem Twitter-Konto. Abmelden / Ändern )

Facebook-Foto

Du kommentierst mit Deinem Facebook-Konto. Abmelden / Ändern )

Google+ Foto

Du kommentierst mit Deinem Google+-Konto. Abmelden / Ändern )

Verbinde mit %s